Ульяновские педагоги и чиновники обвинили в неосторожности шестилетнюю девочку, ошпаренную супом в детсаду

Ровно год назад в детском саду в Ульяновске из кастрюли с горячим супом ошпарили шестилетнюю воспитанницу. На груди у девочки появились ожоги первой и второй степени. Тяжесть вреда здоровью квалифицировали как среднюю. Сейчас Засвияжский районный суд разбирал ситуацию. Городское управление образование отстаивало честь и правоту работников детского сада и настаивало на том, что ребёнок сам виноват в своей травме.

Портал 73online.ru узнал о подробностях происходившего.

Оправдались дурные предчувствия

Мама пострадавшей призналась, что в день происшествия чувствовала тревогу. Перед выходом дочь показала ей три розовых пятнышка на ноге. Мама подумала, что детсадовский медик может не принять девочку, так как прыщики напоминали высыпания при ветряной оспе. Но ребёнка приняли. Мама вернулась к домашним делам, а несколько часов спустя ей на мобильный пришло сообщение о том, что надо срочно забрать дочь, потому что она облилась супом.

Мама не успела напугаться, так как решила, что девочка просто испачкалась, но быстро собралась и побежала в садик, по наитию прихватив паспорт.

Женщина нашла свою дочь в кроватке раздетой по пояс и кричащей от боли. На груди у ребёнка вздулись большие волдыри. Когда мать оправилась от шока, она спросила, вызвали ли скорую помощь. На это получила ответ: «Нет, не вызвали, вас ждали». 

В акте расследования инцидента, руководство садика отметило, что медиков пригласили незамедлительно. Но мать девочки точно помнит, что звонили в скорую помощь уже при ней.

В отчёте также сказано, что воспитатели сразу сняли с девочки одежду, однако мама ребёнка говорит, что они сначала попытались смыть суп с платья, и только потом поняли, что горячая жидкость продолжает травмировать ребёнка через ткань.

Ожоги лечил ортопед

Медики добрались до детсада примерно за полчаса и повезли ребёнка в единственное в городе ожоговое отделение в ЦГКБ. Заведующий отделением вскрыл волдыри, обработал ожоги, наложил повязку, выписал лекарства и отправил пациентку домой с наказом на следующий день обратиться в больницу по месту жительства. Он прибавил, что ожоги заживут «как на собаке» за две недели, не оставив даже рубцов.

Мама смогла отвести девочку в поликлинику только через день, так как до этого девочку рвало, и она плохо себя чувствовала. Густые мази, выписанные для лечения ожогов было невозможно наносить, так как это действие причиняло сильную боль. Хирурга из поликлиники удивило лечение, назначенное коллегой. Специалист из поликлиники счёл ситуацию куда более серьёзной и рекомендовал принять другие меры.

Позже родители девочки выяснили, что врач, осмотревший её, по специальности − дерматолог и ортопед и не специализируется на лечении ожогов.

Две недели спустя ожоги не зажили, образовались страшные рубцы. Последствия травмы отчётливо видны до сих пор, спустя год интенсивного лечения и реабилитации в двух санаториях. Специалисты полагают, что на полное восстановление уйдут годы.

Четверть миллиона и ужас ребёнка и родителей детсад компенсировал при помощи 11 тысяч рублей

Родители девочки обратились к юристам, и они посоветовали документально фиксировать все расходы. На момент подачи иска в суд сумма превысила 260 тысяч рублей.

Мама девочки рассказала, что воспитательница сделала два перевода по пять тысяч рублей. При встрече заведующая детским садом попыталась дать ей тысячу рублей, но женщина не приняла эти деньги.

Как всё было. Точка зрения педагогов и их юриста

В образовательном учреждении составили акт о расследовании несчастного случая. В документе зафиксировали, что ребёнок сам виноват в трагедии. Девочка «стремительно встала со стула и побежала в приемную» и там «наткнулась на кастрюлю с супом, которую держала в руках младший воспитатель». В этом же акте записали, что сотрудники детсада сразу вызвали скорую помощь и сняли с пострадавшего ребёнка одежду. Причиной инцидента составители акта назвали «неосторожность ребёнка» и отдельно подчеркнули, что несчастный случай не связан с образовательной деятельностью. В графе «лица, допустившие нарушения закона и подзаконных актов» поставили прочерк. Были проведены «мероприятия по устранению причин» — беседа с детьми о правилах безопасного поведения в быту и внеплановый инструктаж сотрудников. Акт утвердила своей подписью заведующей детсадом.

Мама девочки сообщает:

— Дочь говорит, что всё было иначе — с места она не срывалась, а отпросилась у воспитателя для того, чтобы отнести в шкафчик игрушку. Причём в деталях рассказывает: мол, спросила именно у второй воспитательницы, потому что «она добрая». Оснований не верить дочери у меня нет. Да даже если бы она действительно побежала — что это меняет? Мы отдаем детей в сад именно для того, чтобы они могли там безопасно бегать и прыгать.

Иск в суд направила прокуратура. Дошкольное учреждение выстроило свою защиту на основе акта расследования. В качестве третьего лица к процессу привлекли Управление образования города Ульяновска. Его и ответчиков представлял один адвокат.

Обосновывая отказ от исковых требований, чиновничий юрист написала: «травму пострадавшая получила из-за несоблюдения ей правил поведения, данное происшествие классифицируется как несчастный случай. Помощник воспитателя не могла предусмотреть, что пострадавшая неожиданно встанет со стульчика и [...] наткнётся на младшего воспитателя».

Неправильно лечили. Адвокат заявил, что все расходы родители пострадавшей понесли по своему желанию

Адвокат назвала завышенной сумму, потраченную на лечение девочки. По её словам не подлежат компенсации расходы семьи на билеты в Москву, где девочку приняли в детской городской клинической больнице №9 имени Г.Н. Сперанского, и обратно, а также оплата проживания в Москве, расходы на бензин, которые родители понесли во время поездки, проезд по платной дороге и оплата парковки. Адвокат дошкольного учреждения и управления образования считает, что эти деньги были потрачены «не вынужденно, а по желанию истца». Родители могли бы никуда не ездить и лечить ребёнка в Ульяновске. Также юрист решил, что девочка и её семья не понесли никакого морального ущерба.

Судья поинтересовалась, не ожидая при этом ответа, как родители должны были лечить ребёнка на родине, когда в Ульяновске лучшим специалистом по ожогам оказался ортопед Манушин, и при отсутствии необходимого оборудования.

Суд постановил полностью компенсировать траты семьи на лечение и моральный вред. Девочке должны выплатить 1 млн рублей (просили о полутора), родителям – по 250 тысяч рублей (просили по 500 тысяч).

Как итог

Эту историю первым  опубликовал блогер Евгений Карманов в своем канале «Слово из кармана».

− Есть верный принцип: «Систему характеризует не ошибка, а реакция на ошибку». Случилось то, что случилось — не досмотрели. Бывает. Как реагирует здоровая система? Берет на себя ответственность, вступает в контакт с родителями, обеспечивает лучшее лечение, находит возможности компенсировать ущерб, не доводит дело до суда и уж точно не предпринимает попыток обвинить шестилетнего ребенка. Но то здоровая система. А не наша. Наша — она еще и в апелляцию пойдет, будет продолжать доказывать, что девочка сама виновата, а денег на ее лечение было потрачено слишком много. Принцип нашей системы — «Никогда не сдавайся, позорься до конца!» – резюмировал Карманов.

Подготовлено по материалам портала 73online.ru.

Фото: сгенерировано нейросетью